Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

рыба

Какая страна, такой и Христос / Петровы в гриппе (2021)

И знакомые, и критики поругивали, так что ожидания у меня были довольно низкие, - а фильм оказался прекрасным. Мне кажется, он и конгениален книге, и создает дополнительные смыслы, так что на месте Сальникова я бы тоже обрадовалась.
И никакая это не чернуха, а, напротив, обуючивание (ужасное слово!) советско-российского бытия, его поэтизация. Тут, правда, мне вспоминается модный обозреватель из журнала "Афиша" Настя Лыкова, которая говорила, что майка-алкоголичка, конечно, стильный и современный предмет одежды, но если в такой майке ваш папа ходил и покрикивал на маму, ассоциации у вас будут совсем другие. Так что, возможно, мое восприятие книги и фильма связано с моей частичной отстраненностью и не слишком глубоким погружением в быт. С другой стороны, фантастике и фэнтэзи я всегда предпочитала (магический) реализм, проявление чудесного в обыденном, связь всего со всем. В этом смысле, грипп - отличный ход, позволяющий размыть реальность и вознести ее к высоким степеням разнообразного безумства, а было или не было - дело десятое.

PS Все актеры хороши, но особенно мне понравились Пересильд (предсказуемо) и Иван Дорн (неожиданно).
Композиция

Расширение пространства борьбы / The Dry (2020)

— Простите, вы будете обсуждать стихи или девушку?
— Нет-нет. Стихи я обсуждать не буду. А вот девушка мне понравилась. Все.

"Еще раз про любовь".


При всем уважении к австралийскому кино, рецензия Г. Устияна очень льстит фильму, лучшее в котором - это Эрик Бана. Никогда не числила его в (своих) кинокрасавцах, а он-то, оказывается, ух! И родная страна ему к лицу. Тем тоскливее наблюдать за многочисленными флэшбэками, где героя в молодости играет довольно невзрачный юноша с глуповатым выражением лица. Может, конечно, это специально - показать, что в крутом парне по-прежнему живет не уверенный в себе мальчик, - но лучше бы этого мальчика было поменьше.
Неужели все-таки придется смотреть "Мюнхен" (а что еще?)?
Капуцин

Что может быть хуже дождливого утра / Шекспир, соловей и коза

В школе на уроке музыки учительница нам как-то поставила "Уж если ты разлюбишь, так теперь", в исполнении сначала Сергея Никитина, а потом Аллы Пугачевой. Всем понравился благообразно-лиричный Никитин, а над Пугачевой мы очень смеялись: громко, звонко, какие-то фурии, подвывающие эхом, - ну что это такое! Мне кажется, это, в большой степени, из-за консерватизма, свойственного маленьким детям - хотя, может, с другими классами дело обстояло иначе (интересно, что у меня, к счастью, есть возможность задать этот вопрос учительнице, но, наверное, я ею не воспользуюсь).
Теперь мне кажется, что и сделанное Пугачевой изменение в тексте мы тоже обсуждали, но тогда это была не самая актуальная для нас тема, и память ее заблокировала: послушав песню сейчас, я сперва удивилась, а потом поняла, что знала (ну, это, в принципе, довольно известный факт). Изящно решив проблему мужского рода заменой "я" на "ты" (которая повлекла за собой замену "твоей" на "моей"), она резко поменяла смысл и тональность стихотворения, превратив его из грустно-философического в угрожающе-мстительное. В последний момент она перекидывает мяч на сторону (потенциального) изменщика (разлюбщика? разлюбителя?), и оказывается, что хуже всего придется ему:

Оставь меня, но не в последний миг
Когда от мелких бед я ослабею
Оставь меня, чтоб снова ты постиг
Что это горе всех невзгод больнее
Что нет невзгод, а есть одна беда
Что нет невзгод, а есть одна беда
Моей любви лишиться
Моей любви лишиться
Моей, моей любви
Лишиться навсегда
!

(Жирный шрифт мой, а текст с соответствующих сайтов - с повторами, но без криков фурий).

Можно назвать это самонадеянностью, хорошей миной при плохой игре, зеленым виноградом, и т.д.; ср. структурно схожую переделку песни: "В роще пел соловушка":

С чарами ты справился и ушел к другой...
Ты мне и не нравился, крокодил такой!


(Еще мне вспоминается визуальный анекдот "Возьмите меня в балет! Нет? Ну и не надо!", но это некоторое отклонение от темы).

А можно сказать, что это рефрейминг и эмпауэрмент, и несмотря на несколько комические (для некоторых!) коннотации, это будет в чем-то продуктивнее и проактивнее. Кстати, от пассивной позиции соловушки с балетом переделка Пугачевой отличается тем, что изменения происходят (ну хорошо, произойдут) не только с лирическим героем, но и с его (потенциальным) обидчиком. Это заговор, заклятие, постулирующие корреляцию: оставить героя/героиню => испытать (что такое) самое страшное горе. Попробуй оставь после такого! Завывающие фурии, а также рыжие волосы и черный плащ с капюшоном, в который одета певица (на видео), подчеркивают ведьминскую составляющую.

***

Конечно, оригинал многозначнее и любопытнее; мне, например, трудно осмыслить все содержащиеся в нем причинно-следственные связи и модальности. В чем-то поведение лирического героя напоминает поступок Галки Четвертак в "...А зори здесь тихие". Ее смерь представлялась мне самой нелепой: ну как же так, она была в укрытии, немцы ее не видели - зачем же она выбежала к ним навстречу? А потом я поняла: ей было так страшно ждать, пока они ее найдут, что она бросилась им наперерез, только бы избавиться от этой муки. Ожидание смерти (о)казалось хуже смерти.
Шекспировскому герою плохо, и при этом он тягостно ждет еще худшего, гадая, когда оно произойдет, и стараясь выбрать наименьшее из зол, которое при этом, парадоксальным образом, окажется наибольшим. В некотором смысле, это принцип "купить козу", только наоборот - не избавляться от нее потом, чтобы почувствовать облегчение, а оставить, чтобы сполна испытать весь ужас. Сонет 90 - это мазохистская попытка спланировать тайминг горя, выставить ему свои условия.
К (не)счастью, это так не работает.
дяденька

Пятиминутка поэзии / Ария усофоба

Он обо мне вообще не беспокоится,
Со мною он надменен и суров,
Но у него есть главное достоинство -
А именно, отсутствие усов.

Он очень низко ценит мою значимость,
Не видит благородства и красы,
Но обладает очень важным качеством:
На его теле не растут усы.

Поэтому, хоть мне бывает трудно с ним,
И мне он никогда не пишет сам,
Всегда готова несмотря на грубости
Прильнуть к несуществующим усам!
дяденька

Самая плодотворная тема

Приснилось, будто я случайно встретила К., и он пошел провожать меня домой, по пути защитив от хулигана, который за это набил ему морду. Мы оба были лучше и моложе, причем у К. были прическа и бакенбарды Пушкина, но его это почему-то не уродовало.
У подъезда я предложила К. зайти в гости, и он согласился. В квартире оказалось много народу, включая молодого Олега Меньшикова и моего дядю. "Вот здорово, и Меньшиков здесь! Какой хороший день, одно к одному", - обрадовалась я, а потом зачем-то сказала К.: "Прямо не верится, что это не сон. Можно до тебя дотронуться?" - хотя, казалось бы, присутствие Меньшикова и бакенбардов говорило само за себя.
Тут я, естественно, проснулась, а жаль - это был приятный сон. Гораздо лучше просыпаться после снов про зомбиапокалипсис или предстоящую сдачу экзаменов по испанскому языку после года ничегонеделанья. Главное - правильно выбрать направление относительно реальности.
дяденька

Трудный путь интеллектуальной сублимации

Пыталась смотреть "Гамлета" на немецком, открыв на компьютере перевод Лозинского, однако меня постигла неудача. То, что Розенкранц и Гильденстерн были одним человеком, это как раз понятно (к тому же, у него (у них?) была очень интересная пластика то ли полупарализованного человека, то ли заедающей механической игрушки). Гамлетов тоже было двое, но и к этому я была готова, заранее прочитав список актеров и персонажей. Однако большую часть времени вместе с Гамлетом на сцене находился его отец, потому что они были как бы в симбиозе, а еще одного Гамлета играл маленький мальчик. Идея симбиоза и несамостоятельности мне понравилась, но было совершенно непонятно, как следить за текстом, поскольку отец говорил не меньше Гамлета, что делало всю идею сличения с переводом бессмысленной. Под конец же выяснилось, что отец был вовсе не отец, а тоже Гамлет (кстати, тучный и одышливый, iykwim), а роль мальчика мне выяснить не удалось.
Капуцин

Вы привлекательны, я чертовски привлекателен, давайте же зря время терять / "Normal People"

В "Normal People" встреча главных героев на университетской вечеринке после пере/разрыва показалась мне (подозреваю, что не только мне, но проверять не хочу) отсылкой к встрече Татьяны и Онегина на балу (ср. реванш главной героини и посредничество ее партнера). Просто Пушкин знал, когда нужно остановиться, а Салли Руни - нет.
С другой стороны, может, Пушкин просто не мог использовать секс как одно из важных слагаемых отношений, а то бы он тоже разгулялся и написал "Анну Каренину".
С третьей стороны, не люблю я это сюжетообразующее журавле-цапличанье; к тому же, тут как с российско-марсианским сериалом "Измены", где мотивация героев для меня часто оказывалась совершенно непроницаемой.
С четвертой, благодарю за сладостные секунды (сериал, а не книжку, хотя...). Не случайно у цепочки главного героя отдельный и очень популярный эккаунт в Инстаграме: сердце девичье знает, к чему и к кому прилепиться.

(Без иллюстративного материала, поскольку это было давно и с тех пор уже успел появиться немецкий Ромео).
Композиция

Александр, Александр / "The Little Drummer Girl" (2018) +1983 (книга) & 1984 (фильм)

With that scorching sun trembling between sky and sand, she could watch his honed, mature body for minutes on end, using it as the target for her excited speculations.
[...]
Finally he smiled, and to Charlie his smile was like a light, unhurried dance upon the surface of a deep secret, taunting her with its assumptions and omissions.
[...]
But as he put down the receiver, Becker caught sight of his attractive features in
the mirror, and stared at them with sharp distaste.


John le Carré, The Little Drummer Girl



Вот, наконец, настал тот час, когда я прочитала книгу, пересмотрела фильм и могу приступить к главному. Однако, чтобы еще больше оттянуть удовольствие, напишу что-нибудь необязательное.

Из фильма мне запомнились только Дайан Китон и мое брезгливое отношение к ней, несколько знакомых мне израильских актеров, а также смерть Дэвида Суше, iykwim. Кто играл Курца и Джозефа я забыла напрочь.
В случае Курца это довольно удивительно, потому что играет его Клаус Кински. Это кастинговое решение напоминает мне Рутгера Хауэра-Печерского в "Побеге из Собибора", но оно в разных смыслах бодрее, поскольку Кински играет не только против своей внешности (о еврейской внешности см. ниже, да и вообще в кино это во многом условность), но и против злодейского имиджа. Можно предположить, что в этой роли актуализируются заложенные в его образе пассионарность и безумие, но им толком негде развернуться в заданных временных рамках. (Сериальный Курц (Майкл Шеннон) нейтрально-функциональный; в книге это гораздо более интересный персонаж, и там есть что играть - к сожалению, теперь уже неясно кому и когда).
Зато, увидев Джозефа, я издала внутренний вопль разочарования и сразу поняла, почему память услужливо заблокировала его облик: усы! Совершенно непонятно, для чего они киноДжозефу, учитывая, что у его псевдодвойника их нет - тогда была бы хоть какая-то логика. Кроме того, ярко выраженный акцент притягивает внимание к неправильной инаковости героя, подчеркивает разницу между ним и Чарли, делая его одновременно схематичным и экотичным.
С другой стороны, и внешность, и акцент такого Джозефа укладывается в логику фильма. По книге необычайная привлекательность героя - один из главных двигателей сюжета, и в сериале этот тоже есть. В фильме же сюжет изменен, и Чарли привлекают в герое не столько его внешность (и личность), сколько революционность. Ей льстит внимание известного (в узком кругу) человека. При подобных вводных Джозеф может выглядеть и так, хотя я этого все равно не одобряю.
Про брезгливость тоже понятно (оставляя за скобками (?) ее идеологическую составляющую): в фильме героиня превратилась в наивную идиотку с ужасной стрижкой, которой совершенно не сочувствуешь - не только потому что она сама виновата, но и потому, что сочувствие предполагает чувства в другом человеке, а у нее их где-то полтора (по числу извилин).
В книге же Чарли гораздо интереснее и сложнее, что отчасти отражено в сериале, хотя, по-моему, ее мотивация все равно не до конца ясна (и это хорошо: там сложный комплекс причин). Вообще, сериал довольно близок книге (в хорошем смысле), хотя теперь я склонна согласиться с одним знакомым, которому не понравились сериальный Курц и израильтяне в целом - в отличие от сериальных же палестинцев.
Насчет палестинцев я согласна лишь отчасти: Мишель в сериале отличный, т.е. очень красивый (и это тоже сюжетообразующая функция), в отличие от фильма, в то время как Халиль выглядит скорее безумным, чем привлекательным (как характеризует его героиня). В фильме обоих играют евреи, в сериале - арабы, что, возможно, лучше с точки зрения аутентичности, но см. ниже и выше об условности (национальной) киновнешности.
И тут мы подбираемся к главному, то есть к Прекрасному Александру. Эта его роль - символическое воплощение моего тезиса о том, что самые красивые мужчины живут в Швеции и Израиле. По книге Джозеф совпадает с Мишелем мастью (но не внешностью, возрастом и темпераментом), т.е. это сумрачный красавец-брюнет. Сериальный Джозеф отличается от Мишеля по большему количеству параметров, но, в некотором смысле, это подчеркивает красоту и дерзость задумки Курца. Отсутствие акцента (как и в книге), позволяет сосредоточиться на личности героя, на его отношениях с Чарли, которые не менее существенны, чем основная интрига, поскольку это шпионский роман.
Впрочем, этими оправданиями я натягиваю сову на глобус, так как все это не так уж важно. Важнее всего притягательность, и тут Скарсгард функционально - это такая Барбара Брыльская в "Иронии судьбы" (см. слова Рязанова о том, что ему нужна актриса, в которую можно влюбиться за один вечер). Можно гадать, кто лучше бы смотрелся на его месте (слава богу, кинокрасавцев в мире немало), но меня все устраивает, а это самое главное.

Collapse )
дяденька

Самая плодотворная тема

Приснилось среди прочего
a) Будто один мой знакомый, завладев некоторым количеством шальных денег, выкупил участок в парке "Сокольники" и установил там ряд гранитных табличек, на которых повелел выгравировать весь свой дневник (довольно дурацкий, но я предвзята), отчасти на манер Законов Хаммурапи.
b) Упаковка шоколадных конфет, произведенных промышленным способом по рецепту Ф.М. Достоевского.